Женщины, принимавшие семаглутид и получавшие менопаузальную гормональную терапию, продемонстрировали значительно более выраженное снижение общей массы тела, начиная с 9-го месяца, по сравнению с теми, кто принимал только семаглутид (-9,8% против -8,2%, P <0,001), сообщила Доктор Реджина Кастанеда, научный сотрудник клиники Мэйо в Джексонвилле, штат Флорида.
Эти различия сохранялись на 12-м (-11,0% против -9,5%, P =0,001) и 15-м месяцах (-11,6% против -9,7%, P <0,001), отметила она в своем докладе на ежегодном собрании Общества по изучению менопаузы (The Menopause Society).
С другой стороны, у пациенток, принимавших тирзепатид, сопутствующее применение менопаузальной гормональной терапии ассоциировалось с несколько более выраженным снижением веса на 3-м месяце (-6,6% против -5,9%, P =0,031), однако на более поздних этапах значимых различий не наблюдалось.
Кастанеда рассказала MedPage Today, что разница между двумя препаратами заслуживает внимания. Она предположила, что это расхождение может быть связано с «эффектом потолка», поскольку тирзепатид сам по себе вызывает более сильное снижение веса «и может преодолевать многие метаболические нарушения, связанные с менопаузой, оставляя меньше возможностей для гормональной терапии обеспечить дополнительное измеримое преимущество». Это также может быть связано с механизмами действия, поскольку эти два препарата работают через разные пути, добавила она.
В целом, по словам Кастанеды, это исследование «пополняет растущую базу данных, свидетельствующих о том, что пол, репродуктивная стадия и гормональный статус могут влиять на реакцию пациентов на лечение ожирения». Тем не менее, она подчеркнула, что «контроль веса не является показанием для менопаузальной гормональной терапии», которая должна назначаться только по установленным показаниям.
Предыдущие небольшие ретроспективные исследования позволяли предположить, что женщины, получающие менопаузальную гормональную терапию в дополнение к препаратам ГПП-1, могут достичь лучших результатов в снижении веса. В некоторых исследованиях изучалось влияние препаратов ГПП-1 на женщин среднего возраста, но не исследовалась роль гормональной терапии или не проводился анализ в разрезе конкретных препаратов.
«Эта когорта женщин среднего возраста из реальной клинической практики дополняет растущее число доказательств того, что эстрогены и гормональная терапия могут модулировать снижение веса на фоне приема препаратов ГПП-1», — сообщила MedPage Today Доктор ДжоЭнн Э. Мэнсон из Гарвардской медицинской школы в Бостоне, бывший президент Общества по изучению менопаузы.
Мэнсон, которая не принимала участия в исследовании, добавила, что хотя результаты этого обсервационного исследования нуждаются в подтверждении в более крупных проспективных испытаниях, «эти данные могут лечь в основу более персонализированных и эффективных стратегий лечения препаратами ГПП-1 у женщин в постменопаузе».
В этом ретроспективном исследовании анализировались данные электронных медицинских карт (ЭМК) из многоцентровой базы nSights за период с 2017 года по декабрь 2025 года. Участницами были женщины в возрасте 45 лет и старше с индексом массы тела (ИМТ) ≥27 кг/м2, принимавшие семаглутид или тирзепатид в течение 12 месяцев и более. Пациентки с бариатрическими операциями в анамнезе, активными злокачественными новообразованиями, сопутствующим приемом других препаратов от ожирения или беременностью были исключены.
Когорта семаглутида включала 2 379 женщин (793 принимали только семаглутид, 1 586 — с сопутствующей гормональной терапией). В группу тирзепатида вошли 1 476 женщин (984 принимали только тирзепатид, 492 — с сопутствующей гормональной терапией). Исходные характеристики и сопутствующие заболевания, связанные с ожирением, были сбалансированы между группами.
Женщины, принимавшие семаглутид и получавшие сопутствующую менопаузальную гормональную терапию, со значительно большей вероятностью достигали определенных показателей снижения массы тела: ≥10% (55% против 51%, P =0,045), ≥20% (22% против 18%, P =0,037), ≥25% (13% против 10%, P =0,008) и ≥30% (6% против 4%, P =0,015).
В группе тирзепатида сопутствующая менопаузальная гормональная терапия ассоциировалась с более высокой долей пациенток, достигших снижения общей массы тела на ≥5% (88% против 84%, P =0,04), однако при более высоких порогах снижения веса значимых различий не наблюдалось.
Кастанеда подчеркнула, что, поскольку имеющиеся данные ограничиваются обсервационными исследованиями, причинно-следственная связь еще не доказана; для подтверждения результатов и формирования стратегий лечения необходимы проспективные исследования.
По ее словам, также необходимы исследования, изучающие различия в зависимости от состава гормональной терапии, пути введения, сроков относительно менопаузы и индивидуальных биологических факторов, а также использующие конечные точки помимо ИМТ, такие как состав тела, висцеральное ожирение, сохранение мышечной массы, здоровье костей и более широкие кардиометаболические исходы.
Она также отметила, что женщины, использующие менопаузальную гормональную терапию, могут отличаться от тех, кто ее не использует, с точки зрения отношения к здоровью, вовлеченности в процесс лечения, социально-экономических факторов и приверженности к терапии. Хотя авторы использовали метод псевдорандомизации (propensity-score matching), по словам Кастанеды, сохраняется вероятность остаточного влияния вмешивающихся факторов.
Ссылка на источник: Castaneda R, et al «Menopause hormone therapy and weight loss response to GLP-1– based therapies in midlife women: A retrospective cohort study» TMS 2026; Abstract S-1.
