Основные выводы
- Используя панель из 11 генов, связанных с синдромами предрасположенности к детскому раку, исследователи обнаружили патогенные или вероятно патогенные варианты у 7% новорожденных, у которых позже развилась солидная опухоль или опухоль головного мозга.
- Таргетное секвенирование этой панели позволит выявить примерно 1 из 27 000 младенцев, у которых к 8 годам разовьется рак на фоне генетического синдрома предрасположенности к онкологическим заболеваниям.
- Исследователи заявили, что повсеместное проведение геномного неонатального скрининга вполне осуществимо.
Включение геномного тестирования в плановый неонатальный скрининг позволило выявить детей с повышенным риском развития определенных видов детского рака, установили исследователи.
При анализе архивных образцов сухих капель крови почти 2 000 детей, у которых к 8 годам развилась солидная опухоль или опухоль головного мозга, с использованием панели из 11 генов, связанных с синдромами предрасположенности к детскому раку, патогенные или вероятно патогенные варианты были обнаружены у 132 детей (6,8%), сообщили доктор медицины Лиза Диллер (Lisa Diller) из Института онкологии Дана-Фарбер в Бостоне и ее коллеги.
Результаты показывают, что «таргетное секвенирование панели генов предрасположенности к раку позволит выявить примерно 1 из 27 000 младенцев, у которых к 8 годам разовьется рак на фоне генетического синдрома предрасположенности к онкологическим заболеваниям», — написали они в журнале Nature Communications. «Наши данные подтверждают целесообразность неонатального скрининга на отдельные гены риска развития рака».
Авторы отметили, что наблюдаемая распространенность 1 на 27 000 «сопоставима или даже превышает показатели других заболеваний, которые в настоящее время включены в неонатальный скрининг, таких как болезнь Помпе (1 на 18 000 новорожденных), тяжелый комбинированный иммунодефицит (1 на 59 000 новорожденных) и болезнь кленового сиропа (1 на 200 000 новорожденных)».
В любом случае, раннее выявление таких детей может изменить показатели их выживаемости, отметили Диллер и ее команда.
«За последние несколько десятилетий стало ясно, что по меньшей мере 10% или более детей, у которых развивается рак, имеют генетическую предрасположенность к нему, и значительной части этих детей диагноз ставится в первые несколько лет жизни», — рассказала Диллер в интервью MedPage Today. «Это предрасполагает их к развитию онкологических заболеваний с очень ранним началом. Поэтому клиническая проблема заключается в следующем: можем ли мы сделать что-то еще, кроме как ждать, пока у них разовьется рак?»
Используя данные программ онкологического надзора и неонатального скрининга штата Мичиган, авторы выявили 1 948 детей, родившихся в Мичигане с 1987 по 2020 год, у которых к 8 годам развилась солидная злокачественная опухоль или злокачественная опухоль центральной нервной системы и у которых сохранились архивные сухие пятна крови.
Они провели таргетное секвенирование нового поколения для выявления патогенных или вероятно патогенных герминативных вариантов в 11 аутосомно-доминантных генах риска развития рака — RB1, TP53, SMARCB1, WT1, RET, SUFU, PTCH1, DICER1, APC, PHOX2B и ALK.
Варианты чаще всего выявлялись в генах RB1 (n = 69), TP53 (n = 24), SMARCB1 (n = 8) и WT1 (n = 7), тогда как в гене ALK патогенных или вероятно патогенных герминативных вариантов обнаружено не было.
Наиболее сильные сигналы наблюдались при онкологических заболеваниях, для которых уже известны четкие наследственные риски. У всех шести детей в исследовании, у которых развился медуллярный рак щитовидной железы, была выявлена герминативная мутация в гене RET, в то время как у 40% детей с ретинобластомой, наиболее распространенной опухолью глаза в детском возрасте, была обнаружена герминативная мутация в гене RB1.
При ряде других онкологических заболеваний, включая карциному сосудистого сплетения, адренокортикальный рак, пинеобластому и медуллобластому, от 11% до 30% случаев имели выявляемую мутацию в одном из изученных генов.
У 130 из 132 детей с мутацией ген был заведомо связан с типом опухоли, которая у них впоследствии развилась.
Для детей, являющихся носителями этих вариантов, возможность их выявления при рождении имеет потенциальные последствия, способные изменить или спасти жизнь, отметили авторы.
Диллер отметила, что ретинобластома — редкая злокачественная опухоль глаза, который начинается в сетчатке и в основном поражает детей младшего возраста, — побудила ее заинтересоваться неонатальным геномным тестированием.
«Клинически выявленная ретинобластома часто связана с потерей зрения, необходимостью химиотерапии или удалением глаза», — сказала Диллер. Однако, если бы дети с мутацией RB1 выявлялись при рождении, они могли бы проходить регулярные осмотры у офтальмолога для более раннего обнаружения опухоли, после чего их можно было бы лечить с помощью лазерной терапии или криотерапии, «избегая необходимости в химиотерапии, хирургическом вмешательстве и облучении, а также сохраняя зрение».
«Это справедливо для всех генов, которые мы выбрали», — добавила она.
Например, исследователи выбрали гены, связанные с развитием опухоли Вильмса — редкого типа рака почки, который в основном поражает детей младшего возраста (до 5 лет). «Если вы знаете, что у ребенка есть риск развития опухоли Вильмса, вы делаете УЗИ каждые 3 месяца», — пояснила Диллер. «И если вы обнаружите небольшую опухоль, ребенку не придется терять почку, можно обойтись минимальной химиотерапией, не потребуется облучение, и это может спасти жизнь».
Насколько осуществимо повсеместное проведение неонатального геномного тестирования?
Соавтор исследования, доктор медицины и магистр общественного здравоохранения Ричард Парад (Richard Parad) из женской больницы Бригэм энд Уимен (Brigham and Women’s Hospital) в Бостоне, считает, что для этого уже есть все необходимые условия.
В штатах действуют программы неонатального скрининга на базе лабораторий общественного здравоохранения, поэтому вопрос заключается в том, «смогут ли они освоить и проводить высокопроизводительное геномное секвенирование», — сказал он в интервью MedPage Today.
По его словам, лаборатории уже выделяют ДНК из сухих капель крови новорожденных для скрининга на тяжелый комбинированный иммунодефицит. «Что нужно, так это аппарат для секвенирования, а затем загрузить в него ДНК и суметь интерпретировать последовательность. Аппараты дорогие, но их стоимость не превышает, скажем, тандемного масс-спектрометра, которые эти лаборатории покупают сейчас. Интерпретация, вероятно, является самой сложной частью, [но] программное обеспечение доступно, и этот процесс становится все более автоматизированным».
Существуют также способы снизить стоимость тестирования, добавил он. «Мы используем таргетную панель, поэтому в данном исследовании мы фокусируемся только на 11 генах, что обходится дешевле. Нам не нужно использовать тяжелую артиллерию и исследовать весь геном».
«Технологии существуют, интерпретация с помощью ИИ [искусственного интеллекта] доступна, а стоимость достаточно низкая», — отметил Парад. «И ДНК уже есть — она уже находится в лаборатории и ждет, когда кто-нибудь ее изучит. Так что все эти элементы скоро сложатся воедино».
Диллер и ее коллеги отметили, что еще одна часть головоломки заключается в том, хотят ли сами родители проведения геномного тестирования, учитывая потенциальные риски раннего выявления, «включая психологический стресс для семей, бремя наблюдения за маленькими детьми, а также возможность гипердиагностики или ненужных вмешательств, возникающих из-за неопределенных результатов».
Недавно авторы также опубликовали исследование в журнале Journal of Pediatrics, в котором оценивался опыт родителей после постановки их детям диагноза синдрома предрасположенности к раку, а также их отношение к популяционному геномному неонатальному скринингу. Родители охарактеризовали получение диагноза синдрома предрасположенности к раку как эмоционально тяжелое событие, но заявили, что этот процесс того стоит.
«Можно было бы подумать, что эти семьи, проходя через годы постоянных визитов в клинику и проведения всех этих анализов, будут злиться или устанут от этого», — сказала Диллер. «Но когда мы спросили их, что они думают о неонатальном скрининге — даже если бы мы ничего не нашли — и следует ли предлагать его населению, все они ответили утвердительно».
Ссылка на источник: Diller L, et al «Population-based genomic detection of childhood cancer predisposition using newborn dried blood spots» Nat Commun 2026; DOI: 10.1038/s41467-026-76296-8.
Эта статья была создана с использованием нескольких редакторских инструментов, включая ИИ, как часть рабочего процесса. Редакторы-люди проверили этот контент перед публикацией.
